Лицензия на создание взрывчатых материалов стоит 1300 рублей. За крайние полтора года наиболее 500 компаний и личных бизнесменов получили такие лицензии. Оборонные фабрики утратили заказы и останавливаются.
Правил предупреждения незаконного использования взрывчатки в Рф нет. Брянский химзавод имени 50-летия Октября выпускает взрывчатку, гробы и могильные монументы.
Причинно-следственный набор.
Свечи выпускать закончили. Свечи не приносят прибыли.
Взрывчатка - тоже.
Но ее выпускают. 10 тыщ тонн в год.
Это капля в море. Раз в год Родина потребляет 700 тыщ тонн взрывчатых веществ.
Это 40 6 с половиной Хиросим в тротиловом эквиваленте. Взрывчатка нужна горнякам, нефтяникам, сейсмологам, геофизикам, металлургам, спасателям.
Раз в день Родину сотрясают взрывы - подземные, наземные, мирные не чрезвычайно.
Бум!
Вздрагивают стенки заводоуправления.
Дзынь!
Звякают стекла в приемной директора.
- Что это? - спрашивает обозреватель "Известий".
- Где?
- интересуется секретарша.
Тут не замечают взрывов. Как вы не замечаете гула машин за окном.
Жизненный фон. На Брянском химзаводе каждый день испытывают новейшую взрывчатку.
Бум! Завод добывает тротил.
Его выплавляют из старенькых бомб, мин, снарядов. У каких истек срок хранения.
Как из лежалого мяса делают котлеты, так из просроченных боеприпасов - промышленную взрывчатку. Добытый тротил перемешивают с селитрой и получают аммонит.
Либо граммонит. Различных видов, на хоть какой вкус.
- А кто вас послал?
- спрашивает директор завода.
- Кто статью заказал? Вот чудеса!
3-ий директор третьего взрывчатого завода в 3-ий раз задает этот вопросец.
Их фабрики теряют заказы, объявляют банкротами, ветвь гибнет, Родина в угрозы. Кто послал?
Это их отправили. Подальше.
Бум! Вздрагивают стенки, директорские очки падают на нос.
На данный момент на котлеты отправь ракеты. Системы "Град".
У их снутри заместо тротила - гексоген с алюминием.
Начинку извлекают и перемалывают в щебень. В спецдробилке.
Гексогеновый фарш упаковывают в полиэтиленовые колбаски по восемь кило и посылают Ильичу.
На испытательную площадку. Это поляна в лесу, обмотанная колющейся проволокой.
Гектар измученной взрывами земли, два бункера и красноватый флаг на мачте.
Ильич - мастер испытательного цеха. Он 40 лет трясет Брянский химзавод имени 50-летия Октября совместно с прилегающим Сельцом.
Бум!
Ильич замеряет бризантность ракетного фарша. Он делает так: на особый свинцовый столбик кладет кусочек брони, сверху - взрывчатку.
Подсоединяет электродетонатор и уходит в укрытие. Бум!
Свинцовый столбик расплющен взрывом. Ильич замеряет степень расплющенности.
Это и есть бризантность - дробящая способность взрывчатого вещества.
В переводе с французского.
У тротила высочайшая бризантность.
У гексогена - еще выше. Можно горы свернуть.
Берите, люди, пользуйтесь!
Не берут. Стоимость не устраивает - горняков, нефтяников, сейсмологов, геофизиков, металлургов, спасателей.
Неликвидный продукт.
В переводе на российский - не по кармашку. Гробы и могильные монументы пользуются спросом.
Но пока не так, чтобы обеспечить зарплатой три тыщи рабочих. Ильич уже 5-ый месяц не получает зарплату.
Родина произнесла: "Нужно" Наша родина начинена тротилом. Его грамотное заглавие - "тринитротолуол". Германское изобретение 2-ой половины XIX века. В свое время страшно секретное. Формула вещества читается в самом заглавии. Чтоб неприятель не украл формулу, германцы выдумали ему кличку - "тротил". Под которой он значился в скрытых донесениях. Но российский офицер Рдултовский конечно раскрыл тайну вещества. По тем временам это было все равно что добыть чертежи атомной бомбы. Тротил - не самая могучая взрывчатка. Есть и покруче. Зато он комфортен. Можно плавить, сверлить, колотить, заливать в снаряды. Без запала не взорвется. Но эту славную взрывчатку на кухне не приготовишь. Сначала нужно добыть толуол - из "уносов" коксового производства. Позже добытое следует варить, не единожды, в большом количестве азотной и серной кислоты. При всем этом необходимо смотреть за температурой, по другому кухню разнесет в клочья. Позже... 1-ые отечественные тротиловые фабрики выстроили в 1916 году - под Нижним Новгородом и в Суровом. Всего тротила, сваренного к июню 40 первого, не хватило бы и на год войны. Российские одолели Германию южноамериканским тротилом, приобретенным по ленд-лизу. Когда Родина стала готовиться к третьей мировой, ошибки прошедшего учли. 5 химкомбинатов выдавали на гора 1 миллион 200 тыщ тонн тротила в год. Еще с десяток заводов начиняли им боеприпасы. Скопленного хватило бы на сорокалетнюю войну. Кто же мог поразмыслить, что война не случится? Куда девать накопленное? Снаряды и бомбы не хранятся вечно. Тротил с течением времени становится чувствительным. Возрастает угроза детонации. Нужно утилизировать. Железо - на переплавку, взрывчатку - горнякам, нефтяникам, сейсмологам, геофизикам, металлургам, спасателям. - Стоп машинка! - скомандовала Родина. - Полный назад! - Конвейеры заработали вспять. Фабрики, что начиняли снаряды, стали их разряжать. Комбинаты продолжали варить свежайший тротил, но в мирных целях. Вся мощь тротиловаренной отрасли обрушилась на трудящихся - горняков, нефтяников, сейсмологов, геофизиков, металлургов, спасателей. - Берите, ребята, пользуйтесь! - Да куда ж нам столько? - взмолились трудящиеся. И по правде - куда? Создание тротила в стране уменьшилось в три раза. - Ну, чего же не берете? - спрашивает Родина. - Недешево! - ноют трудящиеся. Тонна тротила совместно с налогами и перевозкой стоит 23 тыщи рублей. Большой угольный разрез расходует 30-40 тыщ тонн взрывчатки раз в год. Золотой выходит уголек. Чтоб нашлись охотники его брать, чтоб шахтеры не стучали касками по Горбатому мосту, необходимо понизить себестоимость угля. А еще необходимо понизить себестоимость стали, алюминия, меди, титана... Как? Применять дешевенькую взрывчатку. Вот уже фабрики на базе тротила готовят дешевенькие консистенции, но трудящиеся по-прежнему стонут: "Недешево!" А дешевле некуда. Дешевле - ежели делать взрывчатку совсем без тротила. Есть такие рецепты, их множество. Но что все-таки тогда будут делать фабрики? Они могут лишь варить. Либо не варить. И Родина пошла на решительный шаг. - Хорошо, - произнесла она трудящимся, - делайте взрывчатку сами. На собственный вкус. - Ура! - обрадовались горняки, нефтяники, сейсмологи, геофизики, металлурги, спасатели. И побежали на свои рабочие места. Делать взрывчатку. Погибель коммунара Первым погиб кемеровский химзавод "Коммунар". Лишился заказов. В 2002 году Русское агентство по боеприпасам инициировало функцию банкротства. Завод покинули все: рабочие, начальники, сторожи. Тогда и на местности прогремел 1-ый взрыв. "Секретное оборудование взрывают, - решили местные обитатели. - Чтобы противнику не досталось". Слухи оказались недостоверными. Все еще проще. На завод пробрались добытчики металлолома. Когда курочили производственную линию, сдетонировали остатки взрывчатки. Пришлось ввести внутренние войска. Для охраны руин. Что делать далее - неясно. Территория тротилового завода непригодна для использования. Ядовита. Издержки производства. Впору вызывать английских ботаников, которые вывели сорт измененного табака - специально для рекультивации территорий тротиловых фабрик. Типо он поглощает всю гадость из земли. Не плохое изобретение. Но не для нас. Местные обитатели табак в миг скурят. Совместно с внутренними войсками. В весеннюю пору 2003 года началась процедура банкротства флагмана российского тротиловарения - завода имени Свердлова под Нижним Новгородом. В летнюю пору встал вопросец о закрытии Красноуральского химзавода. Ценой героических усилий директорам удалось остановить банкротство этих 2-ух компаний. Но остановить - не означает спасти. И ежели вдруг Родине придется скомандовать: "Стоп машинка! Полный вперед!" - некоторому будет переключить конвейер. И нечего будет переключать. Наследники оборонпрома Вы тоже желаете создавать взрывчатку? Нет заморочек. Получите лицензию. Кто их выдает? Росбоеприпас. Также Госгортехнадзор. Министерство образования пока не дает лицензий. Хотя имеет непосредственное отношение к производству взрывчатых веществ. Что для вас непонятно? Сегодня в Рф вопросцами производства промышленной взрывчатки ведают Министерство обороны, Русское агентство по боеприпасам, Муниципальный горный и промышленный надзор, Министерство образования, в структуре которого существует компания Росконверсвзрывцентр. Почему существует? Так исторически сложилось. Компания исследовательская, выдает рецепты перевоплощения боевой взрывчатки в промышленную. Ну и при Министерстве обороны такие НИИ есть. И в Росбоеприпасе. Почему вы считаете, что это бардак? Обязано быть, в этом есть некий тайный смысл. В одной раздельно взятой великой Отчизне обитал большой оборонпром. От него постоянно пахло позже, луком и перегаром. Соседи его боялись и старались не ссориться. Так бы до этого времени и боялись. Но скончалась великая Отчизна. Оборонпром тоже погиб. Они не могли жить друг без друга. На освободившуюся койку быстро-быстро вскарабкались бессчетные взрывбумпромчики. Они такие затейники! Вон двое раздирают подушечку. А там сходу четыре тащат одеяло - каждый на себя. А этот, глядите, простынку из-под всех выдергивает. Гремят, толкаются, лицензии раздают. Лицензии на создание промышленной взрывчатки в местах ее внедрения выдает Госгортехнадзор. А лицензии на создание промышленной взрывчатки вне зоны внедрения - Росбоеприпас. Почему? Не задавайте излишних вопросцев, для вас этого не осознать. Просто заплатите тыщу рублей. И еще триста - за рассмотрение заявки. Что, не разглядывают? Кто же для вас за триста рублей разглядит. Год ходить будете - лицензии не получите. Необходимо находить посредника. "Доверенную фирму". Открываем маркетинговую газету. Читаем: "Лицензии Госгортехнадзора. Оформляем для всех регионов. На 5 лет. Подготовка пакета документов "под ключ" за один день. Недорого". Сейчас смотрим, во что обойдется это "недорого". Госпошлина - 1300 рублей. Экспертиза вашего компании (другими словами подготовка документов "под ключ" за один день) - 50 тыщ рублей. - 300 у. е. Нотариальное заверение - 10 рублей за лист. И все. За пару тыщ баксов вы становитесь обладателем компании по изготовлению взрывчатки. Какой конкретно? А какая для вас больше нравится? Еще две тыщи - и получите лицензию на ее применение. И пусть сейчас спрашивают - чего же это вы там в ванне мешаете, гляньте им прямо в глаза и честно ответьте: "Взрывчатку". За крайние полтора года наиболее полутысячи компаний и личных бизнесменов получили лицензии на создание взрывчатых веществ промышленного назначения. Рецепт от шеф-повара Это в прежние времена, чтоб сделать лишнюю тонну взрывчатки, необходимо было целое научное обоснование сделать. Сейчас все очень просто. Засучите рукава. Приступаем к изготовлению. Берем селитру. Самую обыденную, кучи которой лежат вдоль полей. Добавляем мазута и какой-либо пены. Да хоть шампуня. Чтобы пузырьки были. С пузырьками детонация лучше. Вот и все. Простая взрывчатка готова. Простейшими взрывчатками сегодня пользуются горняки, нефтяники, сейсмологи, геофизики, металлурги, спасатели. Также террористы. Основное - пропорции соблюсти. Но пропорции мы для вас не укажем. Для верности сможете добавить в консистенция толченых пауков и хвост ящерицы. А сможете не добавлять. Так как единых технических требований к производству промышленной взрывчатки нет. И правил предупреждения незаконного использования взрывчатки тоже нет. Также норм экологической сохранности, правил разработки, испытаний, хранения, упаковки, маркировки, экспорта, импорта, транзита, порядка аккредитации и лицензирования. Нет федерального закона о сохранности взрывчатых материалов промышленного назначения. Свобода, братцы. Потому заместо толченых пауков сможете добавить змеиный глаз. Не забудьте как надо перемешать. Муниципальный совет А может, это не бардак совсем? Может быть, это муниципальная стратегия. Взрывчатая ветвь становится на рельсы рыночной экономики. Старенькые фабрики отмирают, новое создание налаживается. Сейчас обратимся в какой-либо взрывбухпром и там развеют наши сомнения. - Алло, Дмитрий Никитович? Это газета "Известия". Вы получили наши вопросцы по факсу? - Здрасти, газета "Известия", факс получили. - Какова же его судьба? - Он в надежных руках. - Виктор Иванович согласен отдать нам интервью? - Нет, интервью для вас даст Сан Саныч. Вы ему позвоните, он в курсе. - Здрасти, Сан Саныч, это газета "Известия", вы готовы отдать нам интервью? - Естественно готов! Вас интересуют новогодние хлопушки? - Нет, Сан Саныч, нас интересуют тротил, гексоген, аммонит, граммонит. - А-а! Тогда это не ко мне. - Но Дмитрий Никитович произнес, что... - А пошлите его на три буковкы. - Да как можно, Сан Саныч? - Я его встречу, тоже пошлю... Ветвь, посланная на три буковкы. Иосиф ЛИНДЕР, президент Интернациональной контртеррористической ассоциации: Или контроль и сохранность, или трагедия Интервью с доктором Линдером состоялось по телефону. На данный момент он читает лекции в полицейских академиях Германии. - Пока вы учите германских полицейских биться с терроризмом, тут, в Рф, идет приватизация взрывчатой отрасли. Не считаете ли вы, Иосиф Борисович, что это небезопасно? Не грозит ли нашей сохранности утрата гос монополии на создание взрывчатки? - И да, и нет. Все дело в контроле. Тут, в Германии, ну и в остальных западных странах правительство на 30 процентов обладает созданием взрывчатых веществ. Другие 70 процентов - в руках личного бизнеса. Это открытый рынок взрывчатых веществ. Правительство раздает лицензии. Но Западная Европа научена горьковатым опытом. В 70-е годы, когда мы в Рф знать не знали о терроризме, в Германии, Франции, Англии шли истинные террористические войны. Да, тут раздают лицензии на создание взрывчатых веществ. Но на каждом предприятии существует аналог нашего русского "1-го отдела", задачка которого смотреть, что происходит на предприятии, что происходит за его забором. В каждом цехе, на каждом участке есть люди, завербованные спецслужбами. Не считая того, менеджеры компаний должны повсевременно докладывать о ситуации "куда следует". Да еще негласные проверки - не один раз в два месяца с уведомлением за 10 дней, а нередкие и внезапные. - Прямо какая-то тоталитарная система. - Или контроль и сохранность, или трагедия. Даже создание пирожков просит контроля. А это для вас не пирожки. Это так называемое социально опасное создание. - Так, быть может, проще и надежнее вернуть государству монополию на опасное создание? - И опять пойти своим методом? Правительство не обязано вешать для себя на шейку, поточнее на шейку налогоплательщика, целую ветвь. Ежели есть люди, которые желают делать на этом собственный бизнес, - пусть делают. А правительство обязано обеспечить контроль. - Но для начала хорошо бы обеспечить правовую базу. Кто, на каком основании и как будет меня контролировать. - Законодательная база нужна сначала. Поначалу закон - позже уже раздача лицензий. В Европе существует единая унифицированная система производственных технологий, маркировки, транспортировки, использования, ликвидации, списания взрывчатых веществ. - Есть правила ООН по поводу использования взрывчатых веществ. - Да, не придется велик изобретать, довольно адаптировать к русским условиям международное законодательство. И обеспечить выполнение этого законодательства. По другому Наша родина не может рассчитывать на тесноватые отношения с Европой. К взрывчатке тут чрезвычайно серьезно относятся. Но сначала это необходимо для нас самих, так как отсутствие единых правил делает бессчетные лазейки для преступников. - Но в Рф тоже существует контроль над созданием взрывчатки, откуда же она берется на "черном" рынке? - На заводах особенный режим. Четырехступная система контроля. Производитель никогда не знает, в которой момент и на каком участке случится проверка. С заводов не крадут. По статистике, наиболее 95 процентов взрывчатых веществ попадает в нелегальный оборот не с конвейера, а со складов, из воинских частей. - Это вы говорите о боевой взрывчатке? - Да. - А промышленная - откуда она берется в этом самом нелегальном обороте? - Один из путей поступления - из мест внедрения. Не все заряды во время горных разработок взрываются. Всякое орудие время от времени осечку дает. В сталинские времена каждый таковой отказ по аннотации ликвидировали. Делали комиссию, в "отказную" скважину опускали накладной заряд и подрывали. Ежели этого не делали, управляющий компании в лучшем случае попадал в ГУЛАГ. Хотя традиционно расстреливали. Чересчур ожесточенным было наказание. Но аннотацию соблюдали. Аннотацию, кстати, никто не отменял. - Когда появляются сотки малеханьких производств - на шахтах, в горах, в тайге, которые делают простейшую взрывчатку, - можно ли вести речь о четырехступном контроле? - Ваши опаски совсем оправданны. Создание таковой взрывчатки контролировать тяжело. Сделать заводик можно в любом раздельно стоящем здании, в сарае. Но к каждому сараю спецслужбу не приставишь. А произведенная там взрывчатка годится для потребления - как в промышленных целях, так и в террористических. Простейшую взрывчатку вы сможете делать у себя на кухне. К огорчению, литература типа "Поваренной книжки террориста" свободно продается на книжных развалах. И взрывы, которые шумят в жилых домах, не постоянно соединены с бытовым газом либо с террором. Просто некие умельцы пробуют готовить взрывчатку в домашних критериях. У определенной части людей есть тяга к схожим забавам. Это индивидуальности психики. А создание в стране бессчетных заводиков по производству взрывчатых веществ содействует распространению технологий. - И что все-таки делать? - Уповать на мудрость страны. И внимательность спецслужб. Справка "Известий" Сейчас в Рф взрывные работы выполняют выше 1000 организаций. Количество народа, занятого на взрывных работах, - 55 тыщ человек. Из их проф взрывников - 10 тыщ. Раз в год по дорогам Рф перевозят 350 тыщ тонн взрывчатых веществ. Справка "Известий" Килограмм тротила на черном рынке стоит 1000 рублей. Килограмм промышленной взрывчатки - от 800 до 1000. Откуда берется "темная" взрывчатка? Учет и контроль на складах взрывчатых материалов - дело хлопотное. Нужно контролировать контролеров. Для этого необходимы системы телевизионного наблюдения. На русских заводах, производящих взрывчатку, нет ни одной охранной камеры. Воруют со складов сами сторожи. Им не платят зарплату. Взрывчатка - неплохой продукт. (Цены см. выше). Материальное неблагополучие заходит в противоречие с опасностью наказания. Но самый обильный источник "темной" взрывчатки - так именуемые отказы скважинных зарядов. (Когда рвут горную породу, взрывчатку закладывают в скважины). Подсчитано - на каждую тыщу зарядов случаются два отказа. На больших горных разработках раз в год бывает до 150 отказов. В каждой скважине - в среднем полтонны взрывчатки. По случаю отказов делают комиссии. Должны создавать. Время от времени "отказную" взрывчатку находят. Время от времени на ней подрываются экскаваторы. Справка "Известий" В Европе запрещено применение тротила в промышленных целях. Из-за его токсичности. Большое месторождение, на котором используют тротилсодержащие взрывчатки, раз в год выбрасывает в атмосферу миллионы л. угарного газа и окислов азота. В Европе и США получили распространение эмульсионные взрывчатки. Они малотоксичны. В скважину заливают эмульсию № 1 и эмульсию № 2. По отдельности безопасные вещества смешиваются и выходит взрывчатка. Через пять-семь дней, ежели ее не употребляли, консистенция теряет свои взрывчатые характеристики. Потому нет смысла ее воровать.