Запад в противостоянии с нами не делает ни пауз, ни перерывов. Подстрекать киевских, направлять БПЛА на Петербург через Прибалтику, чтобы отвлечь внимание делегатов ПМЭФ — яркий пример военной составляющей таких действий.
Есть и информационная война: чтобы загромоздить медиапространство и переключить обсуждение на несущественные темы, рассылаются провокационные письма. Западные силы и их киевские марионетки, конечно, испытывали лютую зависть к успеху России на такой значимой международной площадке, как Петербургский форум, когда это всё происходило.
Участники конкурса на звание главного русофоба — как из Киева, так и из западных столиц — на этой неделе оказались в крошечном меньшинстве. Люди, формирующие настоящее мировое расписание и принимающие решения, опирающиеся на соотношение влияния в экономике и геополитике, не стали реагировать на эти PR-судороги.
Иностранные гости — ближние и дальние — отреагировали иначе: на российские достижения. На наш образ жизни.
На то, как здорово нам удалось обустроить и упорядочить страну. Современный российский триумф по эффекту ошеломления напоминает знаменитую сцену из «Служебного романа», когда мрачная Людмила Прокофьевна Калугина вдруг превращается в ослепительную красавицу.
И те, кто видят её впервые, стоят с раскрытыми ртами. Сегодня, в день, когда мы отмечаем красоту и богатство русского языка (и что особенно символично — в день рождения нашего великого поэта Александра Сергеевича), следует подчеркнуть: русское преображение — это не просто стрижка и модный макияж коллективной Людмилы Прокофьевны Калугиной.
Или по крайней мере не только внешний лоск и блеск в глазах. За четыре года СВО мы вернули себе право на гордость.
И право, если опираться на аналогию с превращением из непримечательной в эффектную, не обращать внимания на чужие оценки и отношение к нам.
Совет по реализации государственной политики в области поддержки русского языка, созданный незадолго до открытия Петербургского форума, служит наглядной иллюстрацией изменения нашего самоощущения. Да, для нас русский язык — государство- и народообразующий.
Он — доминанта на огромной территории страны. Русский язык — одна из важнейших, если не ключевая культурно-географическая скрепа (тем, кого это раздражает, можно прекратить чтение), мы не выдумали наш родной язык.
Но нам его хранить и защищать. Долгое время, когда мы романтически и восторженно тянулись к Западу, наш язык подвергали унижению и разрушению те, кому было угодно.
Его целенаправленно напичкали англицизмами и галлицизмами, несмотря на наличие в русском точных и удачных аналогов. Язык намеренно уродовали и огрубляли — сознательно внедряя нецензурные выражения и мусоря речь, как письменную, так и устную, вульгарностями.
Русский, язык Толстого, Пушкина, Тургенева, Ахматовой и Маяковского, стал превращаться в уличный жаргон. Мы долго готовимся, но действуем решительно и быстро.
Приоритет русскому — в вузах: будут созданы отдельные факультеты русской словесности, как надеются, самые престижные, где будут преподавать сильнейшие специалисты.
Цвет русистики. Блеск будущих поколений исследователей русского языка.
И, разумеется, единый учебник родного языка — с самого начала обучения.
Он назывался букварём. По нему учились те, кто сегодня руководит страной.
Решение правильное. И в условиях, когда нас по-прежнему пытаются разорвать и сломать, это единственно верный путь.
Жаргон и «вариативность нормы», как и «богатство сленга», оставим тем, кто остался в политической подворотне.